-Кардинал...ваш брат...примите мои соболезнования...
Бенедикт скупо кивнул. Сегодня не лучший день его жизни. Слишком долго он собирался увидеться с младшим. Но каждый раз находились дела срочнее и важнее. Теперь вот...не успел.
Он уже хотел уйти прочь от Исповедника, но тот задержал кардинала, коснувшись ладонью плеча.
-Совет ждет вас, чтобы объявить о своем решении.
Бенедикт растерянно моргнул.
-Совет? Решение? - удивленно переспросил он. - О чем вы, Ярват?
-Увидите, - печально ответил Исповедник.
Пришлось идти за ним, хотя больше всего хотелось бы оказаться в своих покоях и все-таки волком завыть в голос, чего вот уже четвертый час кардинал себе упорно не позволял.
Сначала слова, звучавшие на Высшем Совете, как-то умудрялись миновать его сознание, тонуть в скорбных мыслях.
Его поняли. И повторили их без упрека столько раз, сколько потребовалось, чтобы Истинный Кардинал Бенедикт услышал.
-Род Серебряного Оленя не должен прерваться, - настойчиво произнес Наставник Лассен. - Тебе придется отказаться от сана, Бен и вернуться в мирскую жизнь.
Кардиналу показалось, что он ослышался.
-ЧТО?! - хрипло выдохнул он, не веря, что все вокруг: люди, которым он безоговорочно доверял, способны на такое предательство.
-В твоих жилах течет кровь Святых Воинов, - мягко сказал Лассен. - Она должна передаться следующим поколениям, это важнее твоего служения здесь. Ничего не поделаешь.
Кардинал мрачно усмехнулся.
-А как насчет моих обетов? - поинтересовался он.
Принесенных, между прочим, по доброй воле, и ни разу не нарушенных. Да они вообще понимают, что ему почти пятьдесят лет и большую часть своей жизни он провел в Обителях?!
-Совет снимает с тебя все принятые обязательства, - терпеливо ответил Лассен.
-А выбор у меня вообще есть?! - с кипящей яростью спросил Бенедикт.
-Есть, - подал голос Ярват. - Можешь настрогать с десяток бастардов и вернуться. Но тогда ты не сможешь передать своим детям ни титул, ни имущество. Ничего.
Бен хмуро вглядывался в невозмутимое лицо Исповедника. Ну, хоть правду сказал, и на том спасибо. Братишка-брат, как же тебя угораздило?! Впрочем, понятно как... Младший больше любил войну, чем свою жизнь...
-Кстати, насчет выбора.., - вспомнил Ярват. - Совет подобрал для тебя несколько наиболее подходящих кандидатур.
-Подходящих для чего?
Некоторые из присутствующих, поспешили отвернуться, чтобы скрыть ухмылки.
-Речь о женщинах, достойных продолжить род Серебряного Оленя, -поспешно объяснил Лассан.
Бенедикт тоскливо представил себе этих женщин. Интуиция подсказывала, что речь о "самых породистых сливках высшего общества". Перед мысленным взором кардинала вырисовывалось что-то вроде герцогини Контресс - такое же злое, сухощавое, уже искушенное в интригах, только помладше.
-Я женюсь на ведьме ,- неожиданно сам для себя заявил кардинал.
По залу прокатились пораженные шепотки.
-Что?! - изумился Наставник Лассан.
-На ведьме, - настойчиво повторил Бенедикт. – Той, что вчера попалась инквизиторам Шайеса.
И которую Истинный Кардинал Бенедикт уже сломал голову, как вытащить. В его понимании совсем еще юная девушка никак не подходила под определение мирового зла и вообще не имела к нечисти никакого отношения. Просто кому-то захотелось на нее донести. А псам Шайеса только того и надо…Как и самому инквизитору. Уж кто похуже любого вампира.
-Кардинал…мне кажется, вы забываетесь, - недобро сказал инквизитор.
Бенедикт беспечно ухмыльнулся в ответ. Чьими стараниями его подземелья чаще всего пустуют, Шайес прекрасно, между прочим, знал. Правда, прежде Бен не был настолько нагл.
Но сегодня он стал последним из рода Серебряных Оленей. А, значит, он может хоть на главной площади прилюдно заниматься черной магией, ничего ему за это не будет.
Потомки Святых Воинов должны жить. Если их не останется, некому будет встать на защиту мира от нежити.
Шайес, кстати, тоже из Старого Рода. Вот только Истинным Кардиналом так и не стал. Света в нем не хватило. Ушел, скрепя сердце, в инквизиторы. И за три года из старого друга превратился в заклятого врага.
-Ведьма, так ведьма, - озвучил решение от Исповедников Ярват. – Приток свежей крови Оленям не помешает.
Шайес заскрежетал зубами, но смолчал.
Бен подумал, что столь богохульственные темы, как на Высших Советах больше на этой планете не обсуждаются, наверное, нигде. Даже среди носферату.
Но, в конце концов, такова их задача. Быть выше других. Знать правду. Идти на сделки со своей и чужой совестью. Ради Цели, которая этого стоит. Чтобы защитить Мир. И пока они неплохо справлялись.
-Забирай свою ведьму, - плюнул, наконец, инквизитор. – Только намучаешься ты с ней, Бен, помяни мое слово…

-Меня зовут Кайя! – прорычала она, когда Бенедикт назвал ее именем, фигурировавшим в отчетах Шайеса: «Кейт».
Хрупкая зеленоглазая девушка с ореолом нежно-золотистых волос оказалась настоящей фурией.
-Ну…хорошо, Кайя, - покорно согласился кардинал, гадая, как всего за пару дней, что послушницы приводили ее в порядок, невеста успела так перемениться.
Когда он выносил ее на руках из шайесовского подземелья, «ведьма» была без сознания и больше всего напоминала вытащенного из лужи полузадохнувшегося котенка. Кардинал всю ночь не спал, возясь с ней вместе с вызванными Советом целителями.
И вот, стоило отлучиться на два дня, удостоверившись, что жизнь «суженной» вне опасности, как вернувшись, он начал убеждаться в правоте предупреждений инквизитора.
-Даже не думай жениться на мне! – заявила Кайя, расправляясь с принесенным послушницей ужином.
-Почему нет? – удивился кардинал. – В твоей деревне тебя все равно теперь считают ведьмой. Вернуться ты не сможешь.
-Я И ЕСТЬ ВЕДЬМА! – заявило прелестное и хрупкое юное создание.
-Да ну? – хмыкнул Бенедикт. – Что и колдовать умеешь?
-Еще как! – заверила Кайя. – Тебе и не снилось!
-Что ж тогда инквизиторам попалась?
Благо после знакомства с несколькими темными магами Бен накрепко убедился, что ТАКИЕ не инквизиторам не попадаются. Это ИМ попадаются инквизиторы.
-Надо было, вот и попалась, - мрачно пробормотала Кайя.
Бен пододвинул к ней тарелку с вишневым пирогом, принесенным на десерт.
-И зачем же ты попалась? – насмешливо улыбнулся он, поняв, что услышит очередную захватывающую байку.
-Чтобы брат убежать успел, - очень тихо и серьезно ответила Кайя.
Инквизитору показалось, что кто-то ударом под ребра выбил из него воздух. Дышать стало тяжело.
Брат…

Разумеется, ей совершенно не понравился его замок. Разве что одобрительно посмотрела в сторону раскинувшегося неподалеку Леса…
Свадьбу назначили на конец лета. Кайя была по-прежнему против, целыми днями просиживала либо в библиотеке, не потрудившись объяснить, где научилась читать, либо уходила в Лес, но после того, как Бен один раз проискал ее там пол ночи, хотя бы сама возвращалась. Кардинал подозревал, что не сумей он ее тогда найти, не вернулась бы. Лес, полный нежити был ей явно милее замка.
Бенедикт метался. В Обители все было проще. Там он всегда точно знал, что делать, где границы его ответственности.
И еще там не было Кайи. С ее живостью, вечным ехидством, изумрудными глазищами и звонким голосом. Со всем что так быстро и незаметно закралось в его сердце…
Любовь Истинных Кардиналов принадлежит всем и никому конкретно. Но официально он больше не кардинал.
И никогда прежде у Бенедикта не было человека, которому можно было бы посвятить столько чувств и времени…
Несколько месяцев и Кая станет его супругой, если только не отравит прежде. Не нравилась Бену ее новая манера отставлять книги с рецептами ядов на самых видных местах. Прекрасно он понял ее молчаливое предупреждение.
И от того еще больше ценил те редкие вечера у камина, когда случайно встретившись взглядом, они заговаривали друг с другом и разговор почему-то получался дружеским, полным взаимного уважения, интереса…

-Скажи, что тебе нужно?! – взвыл Бенедикт, которому непойми за что объявили бойкот и теперь старательно избегали встречи, благо в огромном замке это было не сложно.
Кайя смерила его пронзительным взглядом.
-Свобода, - холодно отрезала ведьма. – Мне надоело жить в этой каменной клетке.
-Мы можем жить где-нибудь еще, - осторожно предложил Бенедикт.
По ее бесстрастному лицу он все понял.
Стоило их отношениям только немного начать налаживаться и вот, пожалуйста. Обрадовался случайным улыбкам, расцветавшим на ее губах, вечерам, когда смотрели вместе на небо, взявшись за руки…
-Тогда возьми все, что тебе нужно и уходи, - сам себе не веря, сказал Бен.
-Ты отпускаешь меня?
Кардинал устало кивнул. Похоже, придется соглашаться на «племенную корову», как выразился заехавший недавно их навестить Шайес. К Кайе его, конечно, никто и близко не подпустил, да и вообще выдворили инквизитора весьма даже быстро, но…Не пустить его даже на порог, как, может, и стоило, Бенедикт не смог.
«Ты до сих пор не понял, что она действительно ведьма?» - с нотками насмешливого сочувствия спросил инквизитор.
Был бы он по-прежнему другом, можно было бы ударить.
«Не беги от правды», - посоветовал Шайес, показавшись на миг каким-то другим, даже не прежним, скорее тем, кем не сумел стать. – «Ни тебе, ни ей это добра не принесет».
«Неужели?» - горько спросил Бенедикт.
Инквизитор усмехнулся перечеркнутым старым шрамом ртом.
«Легко любить невинно пострадавшую крестьянскую девушку. А ты полюби ведьму, Бен. Если сможешь».
«Она не ведьма», - сказал Бенедикт то, что должен был сказать.
И такой Шайес, которого никогда не было, исчез, оставив вместо себя привычного инквизитора.

Кайя ушла. В Лес, как он и ожидал. Не взяв ничего, хотя Бенедикт упрашивал взять хотя бы кошель с деньгами. В результате, подсунул его, улучив минутку в дорожную сумку, где она хранила плетеные амулеты…
Легко дружить с улыбчивым парнем, который мечтает стать Исповедником и Истинным Кардиналом.
А ты попробуй назвать другом того потерявшего себя ублюдка, которым он стал. Не хочется, кардинал Бенедикт? Умыл руки? Больше это не твое дело?
Казалось, стены старинного замка шептали вокруг него. Казалось, еще немного и он начнет отчетливо слышать шумевший вдали Лес.
Может ли Истинный Кардинал, а они не бывают бывшими, жениться на ведьме? Может. Если не знает, что она ВЕДЬМА.
Можно ли столько врать самому себе?
Не проблема, если готов заплатить.
Всем, во что верил.
Или всеми, кого любишь по-настоящему.
Он вырывал жертв из рук Шайеса.
Потому что инквизитор хотел расправиться с невиновными. Ради того, чтобы спасти их. Так он думал.
Или ради того, чтобы удержать самого Шайеса? Спасти немногое, что еще можно в нем было спасти?
Он отпустил Кайю.
Потому что она ведьма и не может осквернить род Серебряных Оленей своей кровью.
Или ради того, чтобы она была счастлива?

Он нашел свою невесту в Лесу, возле Священного Древа, где она ждала его.